• Dmitri S

#3 - O‘ahu

Пост обновлен 22 сент. 2018 г.


Liljestrand House (2016)

Найдите 14 отличий:

Duke Kahanamoku statue, Waikiki (2002 - 2012 - 2016)

Третий в жизни остров - и первая Полинезия.

Как и в случае с самым первым моим островом (с Great Britain) - любовь на всю жизнь.

Polynesian Cultural Center, O‘ahu (2002)

Мало того: именно с О‘аху тогда, в 2002-м, и началась неизлечимая и поныне "робинзонада" - "баунтифилия" и "питкэрномания".


Polynesian Cultural Center, O‘ahu (2002)

Автоцитата:

"...И там была огромная настенная карта Полинезии. Тихий Океан, на котором точками и контурами отмечены все архипелаги, большие и малые. Для наглядности каждую островную группу обозначал свой характерный рисунок: у кого-то маска с орнаментом, у кого-то горбатый кит, портрет Кука или, скажем, танцующая хула-хулу девушка.

И вот, стоя уже под вечер перед этой картой, я вдруг обратил внимание на маленькую картинку, расположенную в правом нижнем углу «полинезийского треугольника», всего в нескольких сантиметрах от острова Пасхи и его узнаваемого символа - каменного идола моаи.

Там был изображен крошечный пальмовый островок, и рядом – старинный парусник, весь объятый огнем. Рисунок был, если честно, так себе, и скорее напоминал карикатуру, но что-то в нем завораживало. А внизу – надпись мелким шрифтом: «Pitcairn Island. The island of the BOUNTY mutineers» (или что-то в этом роде, сейчас уже не помню дословно).

Мой английский тогда оставлял желать лучшего (впрочем, как и сейчас), и слова «mutineers» («мятежники») я не знал. Но почти незнакомое имя «Pitcairn» запомнилось. Плюс тут же со словом «Bounty» возникли конкретные ассоциации из рекламы - «Баунти», «щедрость», кокосовые пальмы, белый пляж и голубая лагуна. «Райское наслаждение».

Так впервые в моем мозгу соединились два этих слова – «Баунти» и Питкэрн.

Эта примитивная картинка на стене иллюстрировала какую-то историю. Мне абсолютно не ведомую, но очевидно романтичную и драматическую. Горящий корабль? У одинокого островка? И причем здесь «райское наслаждение»?

...Вернувшись в Москву с грузом американо-полинезийских впечатлений, я на какое-то время забыл о картинке на стене. А потом мгновенно вспомнил о ней, когда, пару месяцев спустя, прочитал у Тура Хейердала всего лишь несколько фраз в книге «Аку-аку». С этих слов великого норвежского путешественника у меня по-настоящему всё и

началось, и сейчас я не могу не процитировать их.

Рассказывая о возвращении из своей легендарной экспедиции на остров Пасхи в 1956 году, Хейердал пишет: «...Первым на нашем пути оказался Питкэрн, остров мятежников с «Баунти». В небе пламенела заря, и казалось, то горит корабль, подожженный безрассудными беглецами...».

И дальше: «...А вот и красные крыши проглядывают сквозь пышный зеленый покров на крутых скалах. В лучах утреннего солнца замелькали в лад шесть пар вёсел: из расщелины за мысом вышел длинный швербот.

Это потомки мятежников встречали нас. К нам на борт поднялись дюжие молодцы, и я заметил несколько живописных типов, словно из какого-нибудь голливудского исторического фильма. Первым на палубу ступил седой великан Перкинс Крисчен – прапраправнук того самого Флетчера Крисчена, который возглавил знаменитый мятеж на «Баунти» и предоставил капитану Блаю добираться на лодке почти до Азии, а сам повел «Баунти» против ветра и посадил на мель возле пустынного островка в океане. Когда мятежники вместе с красавицами вахинами с Таити поселились на этом клочке земли, он был необитаем...».

Вот и всё. Всего несколько строк (возможно, излишне романтизированных) – и я попался. Сразу вспомнил и тот горящий корабль на картинке, и райское наслаждение, и слово «вахины», не скрою, вызвало определенные ассоциации... Мне сразу очень захотелось узнать и о мятеже на «Баунти» и об острове Питкэрн как можно больше.

<...>

Тогда, еще сам того толком не ведая, я подцепил неизлечимый «вирус», хроническую «болезнь»...»...

(Из книги «Сага о мятеже на «Баунти» и об острове Питкэрн»)

King Kamehameha I monument (2016)

Здесь же, на О‘аху, спустя чёртову дюжину лет я проведу четыре месяца, работая над своей второй книжкой - «Россiяне на Сандвичевыхъ островахъ (1815-1817), или Похожденiя доктора Шеффера».

Впрочем, это - как говорится - несколько другая история...

Ещё одна автоцитата - об О‘аху:

«…В наши дни многие недолюбливают О‘аху за «клоаку» и «гетто» столицы Гонолулу - с его портом, небоскрёбами, траффиком, дороговизной, толпами туристов со всего мира и целыми колониями бездомных. Некоторых ценителей тихой островной жизни буквально коробит, например, от знаменитого пляжа Вайкики и бутиков Ала Моана, а жителям мегаполисов, наоборот, категорически не нравится то, скажем, как неуёмная природа тропиков - с её быстрорастущими, вьющимися, ползучими, летающими, членистоногими, цепляющими, чешуйчатыми, кишащими и издающими немыслимые звуки - проникает здесь, на О‘аху, даже в самое цивилизованное и стерильное обиталище человека.

Чем на это можно возразить? Да, сегодняшние контрасты - и проблемы - Гавайев особенно бросаются в глаза именно в столице. Глянцевый блеск новых яппи и ветхая нищета вечных хиппи тут, как говорится, «тусуются» по соседству. Но, разумеется, Гонолулу - это ещё далеко не весь О‘аху.

Утомили Вайкики - съездите в мемориал Перл Харбор или поднимитесь на вершину Даймонд Хэд. Или отправляйтесь на восточное побережье, насладитесь белым песочком и ласковым прибоем Ланикаи или Каилуа, ошарашьтесь видами долины Ка‘а‘ава и ранчо Куалоа, отдохните в заповеднике Хо‘омалухиа или храмовом комплексе Бёдо-ин.

Или рваните на запад - туда, где вдоль цепи пляжей Нāнāкули - Мāили - Мāкаха живут настоящие канака, куда редко заглядывают не только праздные туристы, но и местные хаоле, и где можно увидеть весьма самодельные, но вполне красноречивые таблички, сердито расшифровывающие чужакам, что означает истинно гавайское капу - табу: знаменитое «KEEP COUNTRY COUNTRY» («Оставьте деревню деревней») и даже «FOR LOCALS ONLY» («Только для местных»).

Спальный район Makaha (2016)

Или совершите бросок на север острова - на легендарный North Shore: в эдем-мекку-эльдорадо нескольких поколений сёрферов и бэкпэкеров с его овеянными ветрами - и мифами - пляжами, со сказочными волнами и драматичными закатами...

North Shore Oahu (2016)

А можно и не ездить так далеко: сядьте на автобус №13 (между прочим, на О‘аху - одна из лучших систем общественного транспорта во всех Соединённых Штатах Америки), и он довезёт вас к подножию холма Маноа, где в удивительном арборетуме располагается головной кампус милого моему сердцу Гавайского Университета.

University of Hawaii at Manoa (2016)

Так. Стоп. Самое время - и место - притормозить, иначе ностальгические воспоминания могут увести автора ещё дальше от приключений доктора Шеффера...

Ala Moana beach park (2016)

Итак, О‘аху. Егор Николаевич, описывая остров, конечно же, не упоминает почти ничего из вышеперечисленного - тем более насекомых (возможно, тогда их было меньше). Но фиксируя увиденное для сухого отчёта, он то и дело превращается в поэта-романтика и в... социалиста-утописта с революционерским уклоном в одном лице:

Рыба ваху - у берегов О‘аху (2016)

«...Вагу могъ бы быть уподобленъ райскому саду, естьли бы находился подъ кроткимъ правленіемъ, страна сія благословенная десницей Всевышняго содѣлалась бы страною благополучною и каждый человѣкъ почилъ бы себѣ за величайшее щастіе обитать на сихъ островахъ....»...»

(Из книги «Россiяне на Сандвичевыхъ островахъ (1815-1817), или Похожденiя доктора Шеффера»)

Waikiki (2012)

#Яwashere

#Polynesia

#PacificOcean

#Hawaii

Просмотров: 0
home.png
globe.png
&.png
books.png
_.png
 Up
© Дмитрий Семакин
© Мария Ашихмина